WalkInSpace.ru - Статьи - Другое - Трагедии на пути к триумфу
Главная Новости Форум Поиск



Трагедии на пути к триумфу

Быть свидетелем трагедии - тяжелейшее нравственное испытание.   

В 1971 г. мне пришлось быть на Южном полигоне (ныне космодром Байконур). В штабе полигона, в отделе телеметрической информации через динамик транслировались переговоры между руководителями команд, принимавших участие в обеспечении посадки спускаемого с орбиты космического аппарата. В нем находились космонавты В. Волков, В. Пацаев, Г. Добровольский. Руководители докладывали: отделение спускаемого аппарата от орбитальной станции прошло нормально, тормозной двигатель отработал нормально и далее - норма, норма, норма... И вдруг из динамика донеслось вполне обыденно: «Они еще теплые...». Необычная фраза! Все в зале остолбенели, не веря, что услышанное есть прелюдия к скорбной вести. Через день в стране был объявлен траур по погибшим космонавтам.

      ***       

Много было подводных камней на тернистом пути преодоления земного притяжения. О некоторых разыгравшихся трагичных событиях следовало бы вспомнить в год сорокалетнего полета первого космонавта Земли.   

Возможность рассказать об этом дают мне многочисленные материалы, собранные мною в течение десятилетий работы в государственном ракетно-космическом конструкторском бюро «Южное» проектантом, испытателем, а в последние годы редактором многотиражной газеты КБ «Конструктор».   

В марте 1961 г. в отряде будущих космонавтов за улыбками скрывались тревожные размышления о том, как сложится их судьба в ближайшее время. Для тревог были причины. Вначале в ракетно-космической отрасли страны дела шли на «ура!». 19 августа 1960 г. 17 раз обогнул земной шар и приземлился возле города Орска космический аппарат «Восток-1». Его окружили колхозники, стали стучать по стенкам, услышали собачий лай. Когда открыли люк, Белка и Стрелка выскочили из корабля, как будто из собачьей будки. Радостный собачий визг дал основание видным руководителям государства, министрам, академикам, главным конструкторам (их назвать поименно необходимо, ибо это была инициатива не одного человека) Д. Устинову, R Малиновскому, К. Рудневу, В. Калмыкову, П. Дементьеву, Б. Бутоме, М. Неделину, С. Руденко, В. Рябикову, М. Келдышу, С. Королеву, В. Глушко, М. Рязанскому, Н. Пилюгину направить 10 сентября 1960 г. в ЦК КПСС предложение о том, что «анализ данных телеметрических измерений, полученных в процессе полета «Восток-1», показывает возможность создания нормальных жизненных условий для существования человека в космическом полете».   

Этот исторический документ и цитируемые последующие многие десятилетия были недоступны для опубликования, потому что были спрятаны в особой папке ЦК КПСС, а затем в особой папке Президента России под грифом «Совершенно секретно (особой важности)». Сейчас можно лишь удивляться тому, что такой степени секретности были удостоены «бумаги» не о превентивном ядерном ударе или о разработке планов порабощения населения других стран, а о первом полете человека в космос. К рассекречиванию гагаринских документов пришлось приложить руку и автору этих материалов. В 1991 г. весь мир был взбудоражен книгой венгерского публициста И. Немере «Гагарин - космическая ложь?». Суть этой «утки» была такова: Юрий Гагарин в космосе не был. И вообще 12 апреля 1961 г. на орбиту никто не выходил. Корабль «Восток» стартовал несколькими днями раньше - 7 апреля. И назывался даже не «Восток», а «Россия». А на его борту находился сын известного авиаконструктора Ильюшина - Владимир. Мои интервью с участниками запуска ракеты-носителя с космическим кораблем с Юрием Гагариным на борту, разгромивших в пух и прах венгерского писаку, были опубликованы 27 марта 1991 г. в московской газете «Рабочая трибуна». В этом материале под названием «Страшная тайна» была высказана мысль: не было бы лжи, если бы были опубликованы документы о полете Гагарина. Ею заинтересовались журналисты нового издания «Известия ЦК КПСС», возникшего при М.С. Горбачеве. Они и обнаружили гагаринские документы в особой папке Президента России, предприняли меры для их рассекречивания, ознакомили меня с ними.   

Следующим документом, хранившимся в «особой папке», было постановление ЦК КПСС и Совета Министров СССР. Оно было утверждено 11 октября 1960 г. Его первый пункт гласил: «I. Принять предложение Государственного комитета Совета Министров СССР по оборонной технике, комитета... по радиоэлектронике,... по авиационной технике, Академии наук СССР, рассмотренное Комиссией Президиума Совета Министров СССР по военно-промышленным вопросам, о подготовке и запуске космического корабля (объект «Восток-3А») с человеком в декабре 1960 г., считая его задачей особой важности...». И в других документах дата запуска человека в космос была определена конкретно - декабрь 1960 года!   

К тому, чтобы полет состоялся в конце 1960 г., было готово многое, да помешала трагедия, разыгравшаяся на Южном полигоне 24 октября 1960 г Тогда во время предстартовых работ с боевой межконтинентальной стратегической ракетой 8К64, разработанной в Днепропетровске с участием харьковчан и представителей других городов, возник пожар. Погибли более 70 специалистов, в том числе и один из авторов записки в ЦК КПСС, Герой Советского Союза, Главный маршал артиллерии, главком ракетных войск стратегического назначения М.И. Неделин. Погибли трое специалистов из Харькова, шестеро из Днепропетровска. Конечно, после такой аварии решиться на запуск человека в космос было бы безумием. Надо было получить дополнительную уверенность в том, что все системы ракетно-космического комплекса, разработанного под руководством С. П. Королева, безотказны. И в марте 1961 г. произошли события, далеко не однозначные, что и заставило волноваться будущих космонавтов.

      ***       

В Харькове, в Липовой Роще, есть кладбище, на нем похоронен летчик Валентин Бондаренко. Не простой летчик, а кандидат в шестерку претендентов, из которой должно было выбрать руководство полетом вокруг земного шара будущего первого космонавта. Валентин Бондаренко смог выдержать многие суровые испытания. Например, если в нормальном режиме испытания на центрифуге начинались с шестикратных перегрузок и постепенно доводились на шестой день тренировок до двенадцатикратных, то бывшему харьковчанину был устроен ускоренный экзамен. В первый же день тренировок он испытал на себе весь объем перегрузок вплоть до двенадцатикратных и выдержал их. Ускоренность испытаний была связана с тем, что Бондаренко должен был занять место в «шестерке» вместо выведенного из нее летчика Г. Нелюбова, не устроившего руководство по моральным качествам. В. Бондаренко выдержал и другие почти инквизиторские испытания. Оставалось преодолеть последнее даже не испытание, а истязание. Через него прошли все космонавты. Надо было в течение пятнадцати суток провести в сурдокамере в полном безмолвии и одиночестве, что имитировало бы полет к другим планетам.   

В марте 1961 г. В. Бондаренко занял место в почти тюремной камере - у стены кресло, в котором необходимо было работать, отдыхать, спать в течение пятнадцати суток, от кресла до двери два шага. Небольшой столик довершал интерьер камеры, так и хочется сказать - камеры пыток. Она была забита датчиками, приборами. Чтобы сбить с толку испытуемого, в камере были помещены часы, стрелки которых показывали неправильное время. То спешили, то отставали, могли остановиться, пойти в обратном направлении. Зачем-то была помещена в сурдокамеру электрическая плитка, будто бы на ней надо было варить борщ. Но кастрюль в железной «пещере» не было. Были только установлены на полке пакеты с завтраками, обедами, ужинами - космические. На все пятнадцать суток! Но можно было ведь съесть их и за десять суток, потеряв ориентацию во времени. Космонавт Леонов впоследствии уверял своего товарища, ныне харьковчанина, Николая Ларькова в том, что по этим пакетным обедам и завтракам он отсчитывал сутки, находясь в сурдокамере. Конечно, Леонов сумел найти выход из, казалось бы, обреченности, но что ему помогло правильно отсчитывать времена завтраков, обедов и ужинов? Секрет этого Леонов не раскрыл даже перед близким другом.   

В довершение следует отметить, что в этой сурдокамере было понижено атмосферное давление до условий высоты в пять километров над уровнем моря, а концентрация кислорода повышена до 40%, будто испытуемый дышал, надев кислородную маску.   

9 марта, когда В. Бондаренко провел в сурдокамере первые сутки, на околоземную орбиту был выведен корабль «Восток-3А» с манекеном на борту. Испытатели Южного полигона прозвали его «Иваном Ивановичем». Манекен имитировал полет космонавта. Полет прошел успешно. Все шло к тому, что первый полет человека на околоземной орбите не за горами.   

Четырнадцать суток за В. Бондаренко вели наблюдение врач-психиатр, инженер, лаборантка, изучая каждое его движение на экране телевизионной системы. Были настороже - а вдруг испытуемый сойдет с ума или, не выдержав истязаний безмолвием и одиночеством, нажмет на красную кнопку и потребует отменить эксперимент. Но Валентин не сдался, вытерпел условия, в которые его поставили.   

Наступило утро 23 марта 1961 г. В это время корифеи прорыва в космос составляли документацию с обоснованием технической возможности первого полета человека в космическом пространстве, чтобы представить ее правительству. Полет встал уже на повестку дня! В поло вине седьмого утра Валентину Бондаренко было объявлено, что он победил! Осталось снять с тела прикрепленные к нему датчики, протереть ватным тампоном, смоченным спиртом, места приклейки, а через полчаса его выпустят из сурдокамеры! В эти полчаса и произошла катастрофа! На экране телевизионной системы лаборантка увидела, как языки пламени заживо сжигали будущего космонавта! Спасти Валентина Бондаренко не удалось. Он умер в госпитале. У него было обожжено 90% кожи.   

25 марта 1961 г. земной шар облетел второй «Иван Иванович». Благополучно приземлился.   

Как впоследствии рассказал мне космонавт-2 Герман Степанович Титов, перед руководством подготовки первого полета человека в космос встала дилемма: отменить запуск после разыгравшейся в сурдокамере трагедии или продолжить подготовку? Руководству было доложено, что перед смертью, придя в сознание, В. Бондаренко смог прошептать: «Сам я виноват, спешил на свободу...». В акте комиссии было записано, что пожар в сурдокамере возник в результате возгорания смоченного в спирте ватного тампона, которым Бондаренко протирал тело. Валентин второпях сбросил его на включенную электроплитку. Другую версию опубликовал харьковчанин Николай Ларьков. Тампон прилип к пальцам. Валентин попытался снять его соседними пальцами, от трения вспыхнул спирт в тампоне Ясно одно: воспламенились воздух, шерстяной костюм и многое другое, перенасыщенное кислородом, которого было в камере с избытком. Руководство приняло решение, учитывая, что причина гибели не связана с подготовкой первого полета, подготовку продолжить.   

30 марта 1961 г. в ЦК КПСС была направлена очередная докладная записка: «Результаты проведенных работ по отработке конструкции корабля-спутника, средств спуска на Землю, тренировки космонавтов позволяют в настоящее время осуществить первый полет человека в космическое пространство... Запуск корабля-спутника будет произведен на один оборот вокруг Земли с посадкой на линии Ростов. - Куйбышев - Пермь...».   

Был обозначен в записке и аварийный вариант: «... в случае отказа системы посадки корабля на Землю обеспечивается спуск корабля за счет естественного торможения в атмосфере в течение 2-7 суток, с приземлением между северной и южной широтами 65 градусов».   

Широта 65 градусов - это Тихий и Атлантический океаны, обе Америки, Европа, Сибирь, Гималаи, Гиндукуш, Памир... А естественное торможение - это сгорание корабля в земной атмосфере с падением, в конце концов, камнем. Не райская жизнь была уготовлена космонавту в космосе!

      ***       

3 апреля 1961 г. Президиумом ЦК КПСС было принято постановление «О запуске космического корабля-спутника». В его первом пункте было записано:   

«I. Одобрить предложение тт. Устинова, Руднева, Калмыкова, Дементьева, Бутомы, Москаленко, Вершинина, Келдыша, Ивашутина, Королева о запуске космического корабляспутника «Восток-3А» с космонавтом на борту...». В это время в Харьков привезли цинковый гроб. Родители простились с погибшим сыном, жена с мужем, сын с отцом. Похороны в Липовой Роще были скромными.   

12 апреля 1961 г. состоялся старт космического корабля. О нем написано много. Полет проходил успешно. Но то, что случилось на этапе спуска на Землю, мало кому известно. Однако о нем следует рассказать особо, ибо в очередной раз дело шло к трагедии.   

В рассекреченном докладе Ю. Гагарина членам Государственной комиссии, хранившемся в «особой папке» под традиционным грифом «Совершенно секретно (особой важности)», первый космонавт ничего не утаил.   

Перед спуском с орбиты тормозная двигательная установка (ТДУ) включилась нормально. Но после окончания работы не отделилась от спускаемого аппарата. По словам Гагарина, «как только выключилась ТДУ, произошел резкий толчок, и корабль начал вращаться вокруг своих осей с очень большой скоростью. Земля у меня проходила во «взоре» (оптическое устройство для наблюдения космонавтом за ориентацией корабля в пространстве - прим. автора) сверху справа вниз и влево. Скорость вращения была градусов около 30 в секунду, не меньше. Получился «кордебалет»: голова - ноги, голова - ноги с очень большой скоростью вращения. Все кружилось. То вижу Африку (над Африкой произошло это) - то горизонт, то небо... что происходит...». Гагарин попытался разобраться, в какой ситуации он оказался?   

А произошло самое неприятное - корабль потерял ориентацию. Теперь в космосе находилась болванка! Но Гагарина это не смутило, он ждал терпеливо дальнейшего, когда же ТДУ отделится от спускаемого аппарата.

«Я ждал разделения. Разделения нет. Я знал, что по расчету это должно произойти через 10-12 секунд после выключения ТДУ... По моим ощущениям больше времени прошло, но разделения нет... Не все в порядке...». Доложил на Землю, но связь с Землей была нарушена. Она всегда нарушается, если корабль объят атмосферным пламенем.

Быть бы Гагарину сгоревшим, но всевышний, вероятно, решил его спасти. Не через 10-12 секунд после выключения, а через 10 минут ТДУ отделилась от аппарата и он начал стабилизироваться. За это время можно было не только поседеть, но и отдать Богу душу от инфаркта. К тому же корпус аппарата стал трещать, будто начал расползаться по швам. Трещал из-за сильного нагрева атмосферным пламенем.

Итак, отделение ТДУ запоздало на 10 минут. А если бы его вообще не случилось? Тогда нестабилизируемый аппарат рухнул бы на Землю, как это произошло с космонавтом В. Комаровым. Он погиб при спуске с орбиты.    Еще одна опасность подстерегала Ю. Гагарина. Когда он катапультировался, раскрылся стабилизирующий парашют, но запасной повис в воздухе, как сморщенная тряпка. Его стропы могли перехлестнуть стабилизирующие. И тогда бы Гагарин со схлестнувшимися парашютами полетел камнем вниз.

    Наверное, все же есть на свете Бог, и он благословил Юрия в полет! Говорят же, тому, кому суждено быть повешенным, не утонуть. Прошли годы, и Гагарину не удалось обмануть судьбу, самолет вместе с ним врезался в ту планету, что радостно приняла его 12 апреля 1961 г.

На заседании Государственной комиссии Гагарин выразил твердую уверенность: «Мне кажется, по моим собственным ощущениям, полет в условиях невесомости может быть и более длительным по времени. Мне кажется, человек сутки выдержит».

Сегодня это звучит, может быть, наивно, но надо было быть очень смелым человеком, чтобы после всего пережитого открыть дорогу в космос своим последователям. Дорогу, ради которой погибли наши мужественные первооткрыватели.

      ***

P.S. Прошло 40 лет с тех пор, как произошли описываемые события. Но ставить точку в некоторых из них, по моему убеждению, еще не пришло время. Проанализируем с позиций сегодняшнего дня то, что произошло в сурдокамере. После окончания пятнадцатисуточного эксперимента контакт с Валентином Бондаренко был налажен по внутренней связи. Его поздравили с тем, что он выдержал испытание, и предложили снять в сурдокамере самому с его тела приклеенные датчики и протереть места приклейки спиртом. На это ему отвели 30 минут, после чего двери сурдокамеры будут открыты и Валентин выйдет во внешний мир. Какая глубокая мысль была заложена в действиях, предложенных будущему космонавту? Неужели нельзя было вначале открыть двери, выпустить Бондаренко и вне сурдокамеры снимать с него датчики и «омывать» его тело спиртом и не только им? И шампанским тоже! Логика простая, доступна даже пожарникам и домохозяйкам.

Есть и еще вопросы к тем, кто разрабатывал этот эксперимент. Не настал ли момент вернуться к гибели Бондаренко? Вернуться еще и потому, что почему-то не хочется верить, что Бондаренко взял вину на себя. Вернуться, чтобы закрыть «белые пятна» в истории отечественной космонавтики.   

Станислав Аверков
Наше время (Ростов-на-Дону), 18.05.2001


WalkInSpace.Ru

Правила:

«Путешествие в космос» © 2019

Использование материалов допускается при условии указания авторства WalkInSpace.ru и активной ссылки на www.WalkInSpace.ru.

Используются технологии uCoz


Яндекс.Метрика